Политика

Александр Серавин: Наша сила — в правде

05.02.2024 09:00|ПсковКомментариев: 2

Предлагаем вашему вниманию текстовую версию программы «Собственной персоной», которая вышла в эфире радио «ПЛН FM» (102.6 FM). Гостем студии стал заместитель губернатора Псковской области Александр Серавин. Как изменился политический ландшафт в Псковской области за время губернаторства Михаила Ведерникова? Каков кадровый и электоральный потенциал региональных отделений партий? В чем Александр Серавин видит угрозы и вызовы президентской кампании и какую явку прогнозирует? На эти и другие вопросы ведущего программы Максима Костикова вице-губернатор ответил в эфире.

 

Антиутопия в реальности?

- Александр Игоревич, первый вопрос к вам, наверное, несколько нестандартный. Любите фантастические романы, в частности антиутопии?

- Нет, я люблю более прикладную литературу в рамках электоральной политики.

- В последнее время все больше говорят, что российская политическая жизнь становится похожей на формат классических антиутопий — Оруэлла «1984», Хаксли «О дивный новый мир», Замятина «Мы». Понятно, что я не провожу прямые аллюзии, но те процессы и явления в политическом мире, которые были достаточно стандартными в конце 90-х, в начале двухтысячных, в нулевые годы, когда вы изучали политическую науку, активно работали в качестве политтехнолога, и сегодняшняя реальность, когда все эти процессы перестали работать и появились новые правила игры, какие-то новые механизмы, они совершенно противоречат прежней практике. Согласны с этим утверждением?

- Нет, не согласен. Я бы сказал, никаких новых механизмов в части электоральных процессов не появилось. Технологии, может быть, добавились новые, но механика, принципы — те же самые. Я, получается, так или иначе занимаюсь политическими процессами в России и за рубежом уже почти 28 лет. Не могу сказать, чтобы произошли какие-то изменения. То, что некоторым политологам от безделья и «игр разума» мерещится — у них такая работа. Ведь политология — наука, которая родилась в философии. Философия, как известно, не подразумевает прикладных, это степень искусства. Поэтому здесь бывает любопытно почитать коллег. Но прикладная политическая мысль — на самом деле основные работы не менялись. Сейчас, я уверен, если я вас попрошу назвать мне какую-нибудь важную работу, которая изменяла принцип, например, политической мысли в России или за рубежом за последние 10-15 лет, вы мне не приведете ничего потрясающего.

- Мне кажется, изменились не работы, которые определяют политическую мысль, а изменились правила и подходы. То есть политические процессы 20-летней давности, условно говоря, были плюралистические в той или иной степени, когда была широкая палитра политических игроков и их позиций, когда были реальные конкурентные избирательные кампании с целью победы в электоральном процессе, сменились кампаниями имитационными, когда действуют совершенно другие правила и законы, когда не нужно биться за результат, когда итог заранее известен, когда нет реальной конкуренции, а есть имитационная конкуренция. То есть одна модель сменила другую, поэтому дело здесь не в работах, а в практике, про которую вы любите говорить.

- Я как и практик говорю, что ничего не поменялось. И сейчас кампании идут конкурентные, где очень важны результаты, легитимность, доверие — все это остается. Другое дело, можно сравнить кампании. Например, мы можем увидеть, как шла агитационная кампания при выборах депутатов в 1924, 1932 годах. Мы посмотрим, что они делали. Они, например, пишут, что на всех спичках, выпускаемых в городе, размещена агитация кандидатов и партий, на всех билетах на культурно-массовые мероприятия размещена информация, но сейчас политические партии размещают ее только другим способом — в социальных сетях. Некоторые политические партии игнорируют это. Некоторые политические партии по старинке выпускают газеты. Не исключаю, что есть некоторые, может быть, творческие политики, которые готовы по старинке на бересте написать свой политический призыв. Здесь вопрос в том, что просто технически меняются способы донесения информации, но все равно остается фактически один канал, который доминирует в обществе.

Равнины на партийно-политическом поле

- Вы говорите, что одни партии участвуют, другие не участвуют. Одни более активны, другие менее активны. Давайте поговорим об анализе партийно-политического поля, сложившегося в регионе. Как изменился ландшафт за время губернаторства Михаила Ведерникова и вашего руководства политическим блоком правительства? На мой взгляд, он изменился кардинально. Холмы сменились на равнины, вы бульдозером прошли, всех уплотнили, утрамбовали, и теперь у нас такой новый «город-сад». Как на ваш взгляд?

- Мы с вами в прошлый раз, когда встречались, это было шесть-семь месяцев назад, обсуждали этот вопрос. Я с вами не согласен. И цифры с вами тоже не согласны. Цифры говорят о том, что разнообразие представительства партий, например, в городской Думе — увеличилось по сравнению, например, с прошлыми событиями. Это очень важно. Чем более разнообразно представительство партий, представительство различных мнений, тем интереснее, тем динамичнее происходит и дискуссия внутри парламентов, и важно представительство разных мнений избирателей.

- То есть вы как руководитель политического блока заинтересованы, чтобы партий у нас было больше, чтобы они активно работали в области, звучали в СМИ и как следствие, их представительство было максимальным в региональном парламенте и в муниципальных?

- Я заинтересован, чтобы было представительство мнений избирателей, потому что через депутатов и партии, собственно говоря, идет обсуждение актуальной политической мысли в обществе. И голосование на выборах — это лишь продукт этой дискуссии внутри общества. А депутаты ее олицетворяют в рамках своей работы. Поэтому здесь, я считаю, важно, чтобы было и представительство общественного мнения, чтобы оно было в виде депутатов, и чтобы эта мысль максимально способствовала качественному улучшению жизни жителей в регионе.

- А вот представители, например, партии «Яблоко» не участвовали в губернаторских выборах, не участвуют сегодня в президентских выборах. И в качестве аргумента или обоснования своего неучастия они говорят, что не могут нормально работать, поскольку созданы такие политические условия, когда губернатор и вице-губернатор им не то, что палки в колеса вставляют, а систему выжженной земли вокруг создают, мол невозможно участвовать в этом, это все нечестно, несправедливо и бессмысленно. Как прокомментируете?

- Видите, в чем дело. Практически все оппозиционные партии говорят об этом. Указанная вами партия лишь одна из тех, кто любит об этом говорить.

- Они реально не участвуют, другие-то участвуют — ЛДПР, КПРФ, например.

- Послушайте, у нас зарегистрировано в регионе не один десяток партий, а по сути, как было сказано одним из политических мыслителей, партия — фактически это инструмент для политической борьбы, они должны участвовать в ней. Поэтому, возвращаясь к вашему вопросу, я всегда говорю о том, что у нас получается так, что появляются определенные партии, которые проигрывают во многом, потому что им больше интересно попасть в софиты московских каналов, федеральных. Они как-то сразу хотят на Олимп, забывая о том, что любая партия должна, в первую очередь, строиться на представительстве мнения населения. И поэтому любая партия, если она хочет быть качественным участником политических процессов, должна заниматься работой с людьми на местах, в муниципальных советах. И если она этого не делает, это называется: «Я такой молодец, поэтому можно сразу на телевидение? А вот то, что работа кропотливая, ежедневная со своими сторонниками, с депутатами муниципальных собраний — это все не про меня». Вот такие оторванные от политических будней лидеры очень часто как раз и говорят, что их не пускают. «Пустите нас, потому что мы такие красивые». Что делать? У нас есть определенные законы, которые говорят о том, что должен быть определенный набор депутатов, притом он совсем небольшой. Достаточно иметь всего несколько процентов от общего состава депутатов муниципальных советов, и этого будет достаточно, чтобы поучаствовать в губернаторской кампании. И, соответственно, понятно, что и в региональных выборах — все еще проще. Поэтому работайте на местах и, пожалуйста, будут все двери открыты.

- Может быть, надо создать условия, помочь, встретиться, подсказать коллегам? Вообще, как часто встречаетесь с представителями оппозиции? Когда в последний раз встречались с Алексеенко (первым секретарем обкома КПРФ — ред.), с Минаковым (координатором регионального отделения ЛДПР — ред.), со Шлосбергом (лицо, признанное Минюстом РФ иноагентом) * (экс-руководителем регионального отделения партии «Яблоко» - ред.), признанным иноагентом?

- Я стараюсь раз в квартал встречаться с представителями оппозиционных, и не только оппозиционных — в принципе с представителями партий, чтобы узнать их актуальные мнения.

- Со всеми руководителями политических организаций встречались?

- Я же говорю, у нас политических организаций очень много, и они очень динамично появляются. Я стараюсь, чтобы чувствовать мнение всех.

- Например, с упомянутым мной Львом Шлосбергом*, признанным иноагентом, вы можете взаимодействовать? Или благодаря тому, что он получил этот статус, это уже невозможно для региональной власти? Или вы теперь общаетесь с Артуром Гайдуком?

- Я последний раз встречался с Гайдуком как с депутатом, который представляет данную партию. Но я не знаю, встречается ли он со Шлосбергом*.

Единороссы набирают по 80-90% на выборах

- Давайте отложим в сторону оппозицию. Партия власти «Единая Россия», так сказать, «краеугольный камень», основа основ, фундамент политического могущества действующей власти. Казалось бы, все у них хорошо — феерические результаты на выборах. Благодаря вам победа за победой, бьют рекорды. Уже кандидаты получают под 80%, под 90%. Не кажется ли вам, что это достаточно опасная тенденция, потому что скоро уже будет 100%? Близкие к 100% результаты на выборах оставляют очень маленькое поле для участия других политических сил. Это стремление с каждыми выборами набрать еще больше — на 5%, на 10% — просто приведет к тому, что у нас скоро 100% будет получать «Единая Россия», и мы вернемся обратно в приснопамятный Советский Союз с его однопартийной системой. Не видите ли такой угрозы? Не пора ли уже откручивать вентиль в другую сторону?

- Во-первых, снова повторюсь: моего участия в результатах той или иной партии — нет. Работают непосредственно партии и их, скажем так, исполкомы. Они обеспечивают результаты.

- А вы из СМИ получаете информацию об итоговых результатах на выборах?

- Почему? У нас проводятся социологические исследования. И результаты мы видим через государственную автономную систему «Выборы», Игорь Александрович (Сопов, председатель Избирательной комиссии Псковской области — ред.) публикует результаты, соответственно, я узнаю из них.

Внутриполитический блок не участвует в выборных кампаниях — это важно понимать и относиться к этому грамотно. Политики, политические партии конкурируют, а мы же органы исполнительной власти, мы отстранены от этих действий. И стараемся всем помогать. Я уверен, что любая из партий, если практически у всех представителей есть мой Telegram-канал, где они могут мне написать сами, если вдруг есть какие-то вопросы.

- Допустим, примем, так сказать, априори, что внутриполитический блок организацией выборов не занимается, на результаты не влияет, наблюдает со стороны, следит за соблюдением закона. И все же, вы же должны как люди государственные, понимать, что это опасная тенденция, когда одна партия набирает каждый раз 80%, 90%, потом 100%. Таким образом, другие политические силы олицетворяющие иные группы избирателей получается, не могут, реализовать свое представительство во власти, обеспечить решение своих проблем, реализацию своих планов, чаяний, требований, потому что у нас 100% получает «Единая Россия». Соответственно, мы должны задуматься, что-то здесь не так. Значит, как-то механизмы не работают, если у нас одна партия получает под 100%, исходя из вашей логики, наверное, озаботиться должны?

- Насколько я знаю, у нас нет партии, которая получает под 100%.

- Пока.

- Почему пока?

- Кандидаты от партии получают уже под 100%.

- Вы могли бы вспомнить Коммунистическую партию РФ, они получали по 98%, и довольно долго в Псковской области — 10-летиями это продолжалось. Были времена, когда здесь получало крайне высокие результаты, по некоторым территориям близкие к 100%, ЛДПР. Были какие-то районы, где то же самое было по отношению к другим партиям.

- Я понял, эта тенденция вас не беспокоит.

- Я могу сказать, что в Псковской области такое законодательство, что здесь 100%, я уверен, ни для какой из партий невозможно получить, потому что здесь мажоритарная и пропорциональная, смешанная система. При смешанной системе это невозможно. Потом у нас проходной барьер как в горсоветы, так и в райсоветы. Соответственно, региональный парламент — там везде смешанная система, а эта система фактически гарантирует, что будет многопартийное представительство, собственно говоря, как сейчас есть.

Если вы сейчас посмотрите, у нас в парламенте шесть партий. И это благодаря системе законодательства. Есть некоторые территории в Российской Федерации, которые по каким-то причинам, например, ввели у себя стопроцентные мажоритарные округа. В связи с тем, что сейчас население достаточно серьезно сплотилось, были случаи, где практически во всех мажоритарных округах побеждали представители одной партии. Но в Псковской области законодательство сделало так, что это невозможно.

- По поводу «Единой России» все-таки хотелось бы понять, насколько реальное влияние оказывается партийной организацией на систему исполнительной власти? Все-таки у нас правительство контролируется политической партией или политическая партия контролируется правительством? Вопрос субъектности, что здесь первично, что вторично?

- У нас в регионе все идет в соответствии с законодательством, которое принимают депутаты, в том числе осуществляющие контрольные функции за деятельностью исполнительных органов.

- То есть с вас тоже депутаты спрашивают?

- Конечно.

- Вызывают вас на фракцию «Единой России» и говорят: «Александр Игоревич, скажите нам, пожалуйста, ответьте на вопрос»…

- И такое тоже бывает. В последний раз было меньше недели назад. Так что депутатский контроль за нашей деятельностью осуществляется очень серьезно.

Оппозиция — системная и несистемная или единая?

- Вопрос о специфике системной и несистемной оппозиции в регионе. Можно ли считать, что с системной оппозицией у вас все настроено, она встроена в вертикаль и исполняет свои функции, а несистемной оппозиции больше нет — вы зачистили эту грядку. Кто за границу не убежал, кому рот заткнули, так?

- Видите, я готов выпить по чашечке чая и поговорить интеллектуально, откровенно с разными представителями всех политических партий, которые имеют представительство депутатов в Псковской области. Я не делю. У вас какая-то градация, может быть, любимые вами партии и не любимые вами партии? У меня такого нет. Для меня они все едины.

- Трогательно. Александр Игоревич, тогда раскройте, пожалуйста, секрет, как удалось этим чаем, так сказать, встроить эсеров так плотно в фарватер провластной повестки? Мы все помним, как у нас эсеры несколько лет назад ходили с билбордами «Губернатора в отставку», и громко били в бубен. Олег Брячак (председатель Совета регионального отделения партии «Справедливая Россия - Патриоты - За правду!» - ред.) перманентно устраивал политические демарши. А теперь он как «пушистый зайка» на каждой второй сессии объясняется в любви действующему губернатору. Что в чай-то положили?

- Видите, в чем дело. Никакого отношения к этому чай точно не имел. Тем более, что у «Справедливой России» есть и критичные выступления. Вы так излагаете. Может быть, вы просто сделали акцент на его выступлении в парламенте в части президентских выборов?

- Его выступления теперь все время — одни сплошные дифирамбы. Манифесты сменились на мадригалы, я бы так сказал.

- Знаете, когда мне кто-то говорит «все», абсолютными категориями — я сразу чувствую какой-то подвох. Может быть, такая сейчас тактика у партии «Справедливая Россия». Сейчас будут муниципальные выборы, тактика изменится. Так что мне сейчас сложно сказать. Я знаю, что депутаты от партии «Справедливая Россия» очень опытные, прошли огонь, воду и медные трубы в рамках политической составляющей области. И люди они очень мудрые, являются важными представителями как раз своего электората.

Куда ушли резонансные персонажи псковской политики?

- Александр Игоревич, вы все мои предположения, умозаключения и разного рода версии традиционно отвергаете сходу — «это вам так кажется», «это вы придумали», «это ваш журналистский штамп». Это уже не первое у нас с вами интервью, и все примерно в такой манере, по аналогичному сценарию. Хорошо, если вам кажется, что у нас общественно-политическая среда примерно такая как вы описываете, я вам такой вопрос задам. Октавиан Август говорил: «Я принял Рим кирпичным, а оставляю его мраморным». Так вот, вы общественно-политическую Псковскую область какую приняли и какую оставите, когда оставите?

- Видите, в чем дело. В вашем вопросе сразу закладывается, мой ответ может носить иррациональный характер, потому что я исхожу из того, что, когда я заступал, был определенный набор политических мнений и определенное представительство населения. Безусловно, может быть, состав депутатов или состав партии поменяется, но я считаю, что для меня это абсолютно равновеликие истории.

- Смотрите, в псковской политической повестке 5-летней давности было достаточно много публичных политических фигур, которые были здесь определенными знаковыми персонажами, могу так сказать. Иван Цецерский (экс-глава Пскова — ред.), Ульяна Михайлова (экс-депутат областного Собрания, экс-председатель Псковского облсовпрофа — ред.), Лев Шлосберг*, Ольга Милонаец (экс-руководитель управления Федеральной антимонопольной службы по Псковской области — ред.) — я просто сходу разных людей назвал, разных политических взглядов, разных статусов, разных историй. По тем или иным причинам эти люди оказались не в чести у действующей власти. И они слетели с псковской политической поляны. Не без вашей помощи. Вы говорите, что было — то примерно и осталось, но мы же наблюдаем эти процессы.

- Понимаете, я с вами не совсем согласен. Приведу такой пример. Например, господин Цецерский. Сейчас со всей России собирались представители районов, муниципалитетов на большой форум, впервые в России было это, по-моему, историческое было событие. Такого точно, наверное, лет 50 не было. Вроде, теперь форум будет ежегодным. Туда съехались все руководители муниципальных образований, мэры городов России — в Москву. Я виделся там с коллегой Цецерским, он — один из организаторов этого мероприятия. Просто он из, скажем так, оригинальной повестки перешел в Москву и теперь занимается московскими проектами. Также, например, некоторые оппозиционные коллеги — они же в итоге заняли посты в федеральной партии, подались в Москву, теперь строят московскую карьеру, подзабыв территорию. И поэтому, когда вы говорите, что это произошло, потому что регион — я не согласен.

- Я понял, эволюционный путь.

- Конечно, идет определенная эволюция коллег. У них этап федеральной карьеры, успешный или не успешный — это покажет будущее. Вы их сразу исключили из региональной повестки. Что они забыли про регион — здесь я ничего не могу сказать. Может быть, так сейчас тактически необходимо им для выстраивания своей политической карьеры.

- Оставим их в покое.

- Мы их все равно здесь помним.

- То, что вы помните, я не сомневаюсь.

Стабильность общественно-политической ситуации

- Как в целом оцениваете общественно-политическую ситуацию? Насколько она стабильна, нет ли угрозы каких-то протестных настроений? Есть ли какая-то корреляция политических настроений с изменениями социально-экономического положения граждан? Поднимут, условно, цены и тарифы или после президентских выборов или еще какие-то будут неполярные действия, возможны ли протесты — насколько ситуация контролируется?

- Сейчас общество в преддверии президентской избирательной кампании, безусловно, консолидируется вокруг президента. Президент в последнее время очень ярко выступает перед большой аудиторией, и это крайне важно для всех нас. Важным показателем будущей избирательной кампании будет явка на выборах. Здесь для Псковской области интересно, что мы вошли в 29 регионов, где будет дистанционное электронное голосование. И мы надеемся, что если мы в последние два года были передовиками в участии населения в дистанционном электронном голосовании, то и сейчас мы покажем один из лучших результатов в России.

Хочу вам сказать, что цифровизация нашего региона идет очень большим темпом. Если несколько лет назад у нас порядка 100 тысяч населения хотя бы раз в год заходила на госуслуги, то теперь, за прошлый год, уже больше, по-моему, 340 тысяч активно пользуются, потому что это удобно и эффективно. Важно, что можно и проголосовать, и выполнить большое количество тех возможностей, которые предоставляет сервис госуслуги, их можно реализовать дистанционно, с наименьшими потерями во времени.

Также мы очень надеемся и видим, что благодаря усилиям, которые сейчас предпринимает и президент, и региональные власти, регион у нас очень быстрыми темпами развивается. Например, я был в прошлую субботу с приветственным адресом по случаю 80-летия освобождения Новгорода. Там был новгородский депутатский корпус. И для меня было особо отрадно, что один из депутатов подошел и сказал: «Я на прошлой неделе был у вас в Пскове, вы знаете, он краше, чем наш Новгород». Учитывая, что мы почти 1100 лет соседи, есть определенные моменты соревновательности. Для меня это было наивысшей похвалой того, как происходит динамичное развитие.

Явка: перевалить за 70%

- Возвращаясь к явке и ДЭГ, какую планку ставите для себя по явке и по ДЭГ? У вас же есть установка?

- Установки нет. В прошлый раз у нас явка перевалила за 65%. В этот раз мы рассчитываем, что раз появилась новая возможность — дистанционное электронное голосование — то это увеличит явку в рамках президентской кампании, и мы перевалим планку в 70%. Тогда не было возможности проголосовать тем, кто, например, работает вне региона, тем, кто находится далеко от своих избирательных участков, кого не может охватить избирательная комиссия. Мы надеемся, что их, представителей этих категорий населения, гораздо больше, чем 5%, чтобы перевалить за 70%. Мы ставим для себя такую психологическую планку. Я считаю, что чем больше население участвует в выборах, понимая ответственность избирательной кампании, тем более легитимны результаты. Поэтому всех просим, чтобы пришли, проголосовали, поучаствовали. Голосование будет три дня идти — 15, 16, 17 марта. Мы постараемся максимально содействовать тому, чтобы как можно больше граждан смогли быстро, качественно проголосовать.

Угрозы и вызовы: что опаснее «ретивые чиновники» или иноагенты?

- Александр Игоревич, а какие вызовы и угрозы вы видите для себя в организации и проведении законных, легитимных, конкурентных выборов на территории Псковской области? Что здесь, на ваш взгляд, может иметь потенциальную опасность? Действия иноагентов? Глупости местных ретивых чиновников, которые иногда очень рьяно бьют себя пяткой в грудь и кричат: «За Путина, за Родину»? Что опаснее?

- Безусловно, действия иноагентов.

- Кто бы сомневался.

- Понимаете, в чем дело? Иноагенты получают ресурсную поддержку от наших врагов для того, чтобы осуществлять политическую деятельность здесь. Безусловно, если раньше те политики, которые проводили зарубежную повестку наших врагов, у нас не были маркированы так отчетливо, то сейчас это происходит. Поэтому проще и избирателям, и политически активным гражданам для себя разобраться: этот коллега представляет свое собственное мнение или это мнение, которое он, собственно говоря, озвучивает по заказу недружественных или враждебных по отношению к нам?

Безусловно, наши враги будут пробовать делегитимизировать выборы, будут призывать не ходить на сами выборы. Можно сказать, не идешь на выборы — делаешь подарок врагу. Если будут какие-то недоработки со стороны чиновников, мы постараемся максимально качественно подготовиться, чтобы таких огрехов у нас не было.

- 30 лет наблюдая за выборами в Псковской области, честно могу сказать, что злобного влияния иноагентов видел мало, а вот ретивых чиновников, которые иногда очень рьяно и не очень умно пытались продемонстрировать свою любовь к президенту и партии власти, я видел более чем достаточно. Может стоит более внимательно поглядеть в своем собственном хозяйстве накануне выборов, чтобы потом не краснеть? Вычистить свои «авгиевы конюшни» по поводу того, как у нас на местах организуются избирательные кампании.

- Видите, вы в 6 раз более опытный чиновник, чем я. Безусловно, у вас в этой части опыт гораздо больше. Я постараюсь учесть ваши опасения и сделать все возможное, чтобы снизить негативное влияние, потому что для моей работы самое важное — чтобы выборы были как можно более честными, и сделаю для этого все возможное, и как можно более легитимно прошли сейчас у нас в области.

- Итак вы видите основную угрозу со стороны внешних враждебных сил. Допустим. А как противостоять этому влиянию из-за границы? Сейчас много про это говорят, в том числе и вы об этом сказали — про недружественные страны и их агентов. Как им противостоять?

- Правдой. Наша сила — в правде. Мы должны рассказывать о той деятельности, которую мы проводим в качестве подготовки к избирательной кампании. Мы должны сделать максимально открытыми сами избирательные участки, чтобы там стояли камеры, чтобы были наблюдатели, чтобы все было открыто для общественного контроля. И мы сделаем все возможное, чтобы в ближайшей избирательной кампании это было максимально качественно и хорошо подготовлено, потому что наши враги как раз будут пробовать делать провокации. Мы знаем, что им на это дело выделены сотни тысяч долларов, в том числе провокации возможны в нашем регионе. И мы с этим будем бороться. Также очень большое количество у них задействовано коллег, специальный центр построен в Прибалтике по работе в социальных сетях, где работают более 500 сотрудников. Притом большинство из них — это как раз те люди, кто уехал туда. Сейчас они получают там зарплату.

- В том числе из Псковской области?

- Да, в том числе из Псковской области. У них идет очень серьезная работа. К сожалению, очень многие поддаются на эту провокацию, но я уверен, что честностью и правдой мы сможем победить недружественные влияния.

Есть ли угрозы для ДЭГ извне?

- Много сейчас говорят о всяких хакерских атаках и вообще применении подобных технологий влияния во время выборов. Насколько наша система ДЭГ для этого устойчива, возможно ли на нее повлиять извне? Насколько она защищена? Как вы ее оцениваете?

- Она очень устойчива, потому что у нас были совещания еще в 2017-2018 году. Элла Александровна (Памфилова, председатель ЦИК России — ред.) очень внимательно относилась к перспективам введения дистанционного электронного голосования. И пока мы не смогли сделать систему в России, неподверженную атакам извне, это доставляет ей определенные, скажем так, неудобства. Мы не можем позволить, чтобы в ДЭГ могли голосовать люди, находящиеся не на территории России.

Могу сказать, что при тестировании системы даже разыгрывались ресурсные и денежные призы. В случае, кто сможет взломать. Очень большое количество было попыток. Но на данный момент не нашлось того человека, кто бы смог взломать. Время покажет. Хотя пока система абсолютно устойчива, вот уже несколько лет. Чтобы вы понимали количество попыток взлома системы — десятки тысяч людей пробовали свои силы.

Как агитируют за Путина?

- Александр Игоревич, вы наблюдаете за тем, как развивается подготовка к выборам разных кандидатов. У многих вызывает удивление, как работает региональный избирательный штаб основного кандидата, как ныне принято говорить. Там нет каких-то привычных форм агитации — листовок, плакатов, роликов, агитаторов с газетами от двери к двери. Понятно, что еще пока запрещена агитация в СМИ, но тем не менее, мы видим какие-то новые приемы, например, штаб общественной поддержки с проведением каких-то бесконечных общественных мероприятий, форм активности — это какая-то новая технология в мире выборов? Или это такая имитационная форма, мол, зачем основному кандидату известность, популярность, у него и так все есть, важно продемонстрировать общественную поддержку, людей сподвигнуть на некие действия. В чем тут электоральный расчет, если он вообще есть, или это все не постановочный спектакль?

- Во-первых, с точки зрения избирательных технологий в мире и в России в частности, наверное, с политического сезона 2003 года ничего не добавилось, кроме определенных рабочих моментов в рамках специфики таргетирования и развития электоральных продвижений в интернете. В части активности штабов. Каждый штаб разрабатывает свой собственный подход к избирательной кампании. Кто-то идет ровно, стартует как можно раньше. Кто-то, наоборот, считает, есть такая политическая мысль, что последние месяцы, особенно последние две недели — наиболее актуальные, поэтому кто-то аккумулирует ресурсы и силы именно на этот период.

- Плотно окучивает избирателя в это время.

- Да. В Псковской области все кандидаты, которые принимают активное участие в рамках федеральной кампании, активны. Есть просто часть, которых уже видят активные избиратели, часть появятся в ближайшее время, Я знаю, что на кампании, которые занимаются баннерной рекламой, уже выходят различные штабы кандидатов. Так что мы с вами все увидим И традиционно, как и на каждой избирательной кампании, в последние месяцы улицы наших городов и районов оживятся политическими лозунгами. Кстати, будут дебаты политические. Так что это все будет, я уверен, кампания пройдет очень интересно.

- Ярко, динамично, конкурентно?

- Набор кандидатов очень любопытный, поэтому давайте посмотрим, как кто подготовится.

Либералам место в бюллетене?

- Сейчас идет дискуссия, высказываются и политики, и чиновники, и общественники относительно того, должна ли Россия (в условиях этого внешнеполитического воздействия, ситуации, которая сложилась с 2022 года) позволять, тем кто критикует нашу внешнюю и внутреннюю политику, кто против СВО, условно говоря, либералам, участвовать в выборах? Звучат разные точки зрения, типа Борис Надеждин (выдвинут партией «Гражданская инициатива» - ред.), Владислав Даванков (выдвинут партией «Новые люди» - ред.) — уберем их из списка, должны быть только «наши», настоящие патриотические силы в традиционном наборе. Или все-таки вы считаете, что нужно дать возможность людям и этих взглядов тоже принять участие в выборах, чтобы выборы были в полной мере конкурентные и легитимные?

- Я считаю, что возможность участвовать в выборах политикам дают избиратели. Если есть большое представительство избирателей, которые отдадут подписи, например, за политика, или же если он вдумчиво работал с депутатским корпусом, поэтому у него есть представительство в федеральных органах власти, в том числе в парламенте, это право дает им возможность участия, например, без сбора подписей, то они, безусловно, поучаствуют.

- Запрещать не надо?

- Конечно, не надо. Если общество считает, и значимое количество поддерживает политика, безусловно, пускай участвует. Я думаю, что из названных вами кандидатов, вполне вероятно, будут участвовать.

- Один или оба? Какой ваш прогноз?

- Мне сложно сказать. Могу сказать, что «Новые люди» в связи с тем, что у них есть представительство…

- Будут априори, да.

- Если качественно подготовят юридические блоки, документы... Как мы знаем, что происходило два года назад у нас, у «Новых людей», бывает, хромает юридическая служба.

- Помнится, господин Даванков именно на вас обрушился, когда их список сняли выборов из-за юридических нарушений. Была целая атака на вас в телеграм-каналах. Вы в свое время заочно пикировались с самим кандидатом в президенты.

- Почему заочно? Очно. Мы встречались. Я считаю, что это вопрос к качественной юридической подготовке, потому что если любой кандидат — от партии действующей, не действующей, но если он при заполнении собственных документов не в состоянии соблюсти юридические нормы закона, каким образом он будет потом выполнять свою работу как депутата?

- Шансы Даванкова — понятно, а шансы Надеждина?

- Судя по тому, что я видел, подписей недостает, и они быстро-быстро пытаются набрать нужное количество. На мой взгляд, наверное, если вдруг им удастся набрать нужное количество, они, по-моему, уже махнули рукой на качество, потому что собрать подписи — это очень непростая задача, очень непростая.

- Качественно.

- Да. Я очень надеюсь, что в будущем 100% подписей — что на президентских выборах, что на выборах других уровней — можно будет собирать через госуслуги.

- Классная идея.

- Основная проблема сбора подписей — в невероятной педантичности письма от руки. И любые ошибки учитываются. А через госуслуги, пожалуйста: ты нашел, сдал подписи, и никаких у тебя не может быть сомнений в тонкостях заполнения листа.

- Разумно.

- Иногда некоторые листы бракуются из-за того, что, например, человек не вошел в определенную рамку, не попал, или еще что-то. Поэтому я очень надеюсь, что в будущем и сбор подписей перейдет в электронный формат на основе госуслуг.

Большая муниципальная реформа

- Спасибо. Поговорили мы о выборах, давайте поговорим и о других политических процессах, которые у нас развиваются в области. В частности, в последний год прошла часть муниципальной реформы, восемь районов превратились в округа. Изменилась система, избавились от волостного уровня, а заодно в результате и яблочных глав— так сказать, попутный бонус. В этом году планируете проводить после выборов, когда закончится этот мораторий предвыборный на какие-то политические пертурбации? Будет ли дан старт новой муниципальной реформе в следующих районах?

- Эти решения принимают районные Собрания депутатов. Единственное, мы, конечно, все знаем, что готовимся к большой муниципальной реформе. Должен быть закон, он рассматривается в Государственной Думе.

- Говорят, сразу после президентских выборов будет подписан.

- Ожидается, да, что он будет. Соответственно, в 2025 году должны будут…

- Всех под одну гребенку подвести?

- Да, поэтому мы, конечно, будем просить районных депутатов, если выходят на плановую избирательную кампанию в этом году...

- В этом году четыре.

- Чтобы они сразу учитывали те моменты, которые будут в рамках реформы заложены, чтобы не получалось, что мы через год должны будем снова проводить выборы, снова тратить бюджетные деньги и снова избирать их же. Чтобы не заниматься такими вещами, мы, конечно, будем очень просить с пониманием отнестись депутатский корпус.

Одноглавый Псков и двуглавые Великие Луки

- В связи с этим вопрос по поводу Великих Лук. Губернатор Михаил Ведерников, сидя на вашем месте в этой студии, буквально месяц тому назад в эфире нашей радиостанции сказал, что он считает, что нужно в Великих Луках сделать так, как в Пскове, но ни на кого пока давить не собирается и надеется, что они сами к этому придут. Я вот так вольно пересказал смысл нашего диалога. Хотелось бы понять, придут в этом году или в следующем?

- Так это же они должны определиться.

- Вы ведь, наверное, ведете консультации с коллегами, обсуждаете сценарии, графики? Приоткройте нам завесу.

- Вы смотрите на меня как на модератора этого процесса. Я же говорю о том, что мы лишь можем что-то рекомендовать или не рекомендовать органам местного самоуправления. А дальше районное Собрание депутатов принимает решение. Поэтому здесь очень важно, все зависит от мнения депутатов. И если мы рассматриваем этот год и следующий, от того, насколько депутаты Государственной Думы оперативно будут двигаться в рамках поправок к новому закону о муниципальной реформе.

Когда собирали все муниципалитеты России, безусловно, мы с коллегами по Северо-Западу, мэры городов, депутатские представители, вице-губернаторы — мы все очень активно обсуждали детали будущей муниципальной реформы.

- Все встраиваются в единую вертикаль власти. Наверху президент, внизу лестница вплоть до волостного старосты. Все должны теперь, так сказать, в единой цепочке работать. А как же местное самоуправление?

- Видите, в чем дело. Когда в 2005 году запускалась муниципальная реформа, это был очень интересный и новаторский подход. К сожалению, получается, она не смогла реализовать то, что в нее закладывалось при изначальной разработке. Например, у меня в 2005 году даже книжка выходила по муниципальной реформе, которая тогда реализовывалась. Я исследование проводил. Меня это очень живо интересовало.

- Не заработала двухуровневая модель, местное самоуправление так и не стало самостоятельной, финансово обеспеченной системой.

- Хотя тогда, в 2005 году, нам всем казалось, и математические расчеты были соответствующие, что да, это должно получиться, но не получилось.

Ручное управление и «прямая связь» с избирателем

- Как вы оцениваете складывающуюся сейчас в России систему «ручного управления» — от губернатора до президента? Условно говоря, когда люди обращаются, не определенные инстанции (комитеты, управления, администрации) , а непосредственно к главному начальнику (губернатору, президенту) посредством соцсетей или прямых линий на ТВ, ради решения локальных проблем. Например, люди пишут губернатору, что фонарный столб упал, президенту жалуются на качество водопроводной воды. И президент дает нахлобучку губернатору, губернатор — главе района. Вот такая ныне модель управления, такая вертикаль власти, но заложенные в законе механизмы, ответственность разных уровней власти, делегирование полномочий не работают. Более того не работают, конституционные нормы — институт федерализма, в плане самостоятельности субъектов федерации в решении региональных задач, институт МСУ, в решении вопросов местного значения. За работают жалобы вышестоящему начальству, чтобы вся цепочка ожила, чтобы чиновники забегали. Насколько, на ваш взгляд, это эффективная модель? Так ли оно должно все работать в нормальном государстве?

- В нормальном, современном государстве это будет работать именно так. И добавятся новые еще технологии работы. Я с 2005 года, у меня были научные работы по поводу виртуальной психологии и электоральной политики, где как раз очень сильно разрабатывалась, в том числе, теория этого процесса и практика, где я писал, об этом у меня были публикации, немало, где говорится о том, что в современном мире, когда коммуникации между политиком и, например, жителями, происходят напрямую и не нужны опосредующие эту коммуникацию механизмы. Они начинают быть не посредником, а качественно должны преобразовывать эту коммуникацию.

Например, я говорил о том, что будут происходить сокращения штатов партии, потому что сейчас, например, депутату или лидеру какой-нибудь политической организации, это хорошо видно, например, на наших политиках и на зарубежных. Например, если у того же Трампа (экс-президента США — ред.) 20 с лишним миллионов избирателей подписаны на его Twitter (Х — ред.), и он напрямую с ними общается, то партийная система не нужна, потому что очень большое количество людей общается напрямую с политиком, за которого они голосуют.

Это показывают и прямые эфиры, встречи. Например, раньше на выборах происходило большое количество встреч с избирателями. Узнавали об этих встречах, 50 человек присутствовали, они рассказали о них другим. Условно говоря, с коэффициентом там плюс 5-10, встреча с 50 избирателями могла получить охват 500. Потом стали добавлять. Например, газета об этом написала, добавилась еще тысяча. Но в последнее время встреча может происходить с десятью избирателями. И вот, например, последние выборы в Госдуму показали — депутат встречается с десятью избирателями, но выкладывает в социальные сети, получает охват 500 тысяч избирателей, миллион. И это уже новая реальность. Механизмы этой новой реальности взаимодействия политиков, лидеров регионов, лидеров стран сейчас будут трансформироваться. И те привычные механизмы, о которых вы сказали, тоже будут видоизменяться, потому что власть становится напрямую между избирателем и лидером. 10-20-30 лет назад избиратели, которые непосредственно могли пообщаться или в интерактиве среагировать, например, на политика в России или в Советском Союзе — это был вообще моветон. Было большое количество фильтров. Теперь это происходит очень быстро.

- Это был вице-губернатор по политике Александр Серавин в эфире программы «Собственной персоной» на ПЛН-FM. Спасибо, Александр Игоревич, что пришли, надеюсь, что еще встретимся в этой студии после выборов.

Беседовал Максим Костиков

*16 июня 2023 года в соответствии с распоряжением Минюста России включен в реестр иностранных агентов

Пресс-портрет
ПЛН в телеграм




Все публикации раздела Политика
опрос
Пора ли заканчивать отопительный сезон в Пскове?
В опросе приняло участие 300 человек